В папку избранное >>>

Рекомендуем:

Литературная сеть - поэзия, стихи, критика


Анонсы
  • Глава 22. Жизнь продолжается >>>
  • Глава 17. Есть два пути >>>
  • Глава 2. Ночной звонок >>>
  • Глава 5. Банальная история >>>
  • Глава 3. Брат с сестрой >>>





Все главы и отзывы


Случайный выбор
  • Глава 9. За чашкой чая  >>>
  • Глава 5. Банальная история  >>>
  • Глава 26. Перепёлочка  >>>

 
Анонсы:


Анонсы
  • Глава 20. Первые ласточки >>>
  • Глава 5. Встреча с инопланетянами >>>
  • Глава 6. Невесёлые думы >>>
  • Глава 3. Брат с сестрой >>>
  • Глава 1. Роковой поцелуй >>>






Глава 3. Безнадёжность

 

Весь вечер Алиса слонялась по квартире и искала Костю. Ей понравился этот парень, который умеет так крепко обнимать и так горячо целовать. Он весь день сегодня водил её по городу, где столько шума и слишком много народа. Но самое главное — он весь день держал её за руку, а рука у него сильная и горячая. А как он на неё смотрел! От одного его взгляда у неё замирало сердце, и кружилась голова. На губах до сих пор сохранился привкус его сладкого поцелуя. Но где же он? Она присела на кровать. Ноги гудели от усталости, усталость навалилась на всё тело. Она склонила голову на подушку и моментально уснула.

 

Татьяна заглянула к дочери, увидела, что та спит. Позвала мужа.

— Олесь, иди сюда. Я не знаю, что с Алисой делать. Она уснула во всей одежде.

— Ничего страшного, пусть спит. Бедняжка, она даже не легла, как следует. — Он поднял на кровать ноги дочери, уложил удобней. — Ты знаешь, дорогая, мне кажется, что этот парень отогреет нашу дочь.

— Я тоже об этом подумала, но давай не будем обольщаться. Уж слишком у Алисы отсутствующий взгляд.

Прошло шесть дней. Костя целыми днями бродил с Алисой по городу. Они обошли все парки, побывали на всех аттракционах. Однажды он повел девушку в музей, но она ходила там неохотно, безучастно. В кино она прикрыла глаза, прислонилась к нему и так просидела весь сеанс. Он начал отчаиваться, но не сдавался. Она оживлялась только тогда, когда они подходили к дому, где у дверей квартиры он обычно её целовал.

На седьмой день вечером Олесь Семенович сообщил:

— Завтра отправляемся в Березовск.

В Березовске он первым делом привел дочь в свой рабочий кабинет, где достал из сейфа компьютер и поставил перед ней Алисой.

— Доченька, положи вот так руки и скажи: "Здравствуй "Алиса"! Она послушно все выполнила. Экран дисплея компьютера осветился в яркий оранжевый цвет, но ответное приветствие отсутствовало. Отец забеспокоился. Это не предвещало ничего хорошего. На экране появилась легкая рябь, из которой неуверенно формировались буквы.

— Здравствуй, Ора! — было на экране. Отец в ужасе закрыл лицо ладонями. Это был самый жестокий приговор всем его надеждам, который ни один верховный суд не в силах отменить. Это крах. Ему казалось, что у него на голове шевелятся волосы от нахлынувшей на него беды. Сколько Артёменко так простоял, он не знал, но когда отнял от лица ладони, Алиса все так же безучастно сидела перед компьютером, только на дисплее отсутствовала надпись.

— Спасибо, доченька! Посиди пока в кресле, — он усадил Алису в ближайшее кресло, а сам кинулся к компьютеру.

— "Алиса" — это моя дочь. Почему ты её так назвала?

— У неё совершенно заблокирована память. Я не смогла проникнуть через этот барьер. Открыт только очень маленький участок, где я нашла это имя.

— Как ей помочь?

— Я этого не знаю.

— Долго ли это будет продолжаться?

— Если ничего не делать, пройдут годы.

— Что надо делать?

— У меня нет на это ответа. Ищи сам.

Убитый горем, Олесь Семёнович повел дочь к Готлибу. Остап Соломонович внимательно выслушал несчастного отца и беспомощно развел руками.

— Если б у твоей дочери был рак, я бы вылечил. А здесь я пас.

— Ты хоть знаешь кого-нибудь, кто может мне помочь?

— Лично не знаком, но громких имен много. Могу составить список.

— Сделай одолжение, — попросил Олесь Семёнович и почувствовал, как подкатывает к горлу ком обиды.

Остап Соломонович быстро накапал что-то в стакан, налил воды и протянул Артёменко.

— На, выпей скорее, успокойся немного, на тебе лица нет.

Едва за Артёменко и его дочерью закрылась дверь, Остап Соломонович нажал три кнопки на селекторе.

— Артум, Луар, Ромер — срочно ко мне.

Один за другим стали заходить представители внеземной цивилизации, которые уже 17 лет живут и работают в таежном городке.

— Что случилось, Остап Соломонович?

— У Артёменко беда. Тяжело больна его дочь. Полная потеря памяти. Надо помочь, — он рассказал им всё, что знал об Алисе.

— Я немного в курсе, — сказал Артум. — Мне Олесь говорил, что его дочь пропала. Значит, она нашлась? Где она была всё это время?

— В параллельном мире. О подробностях я не знаю. Сейчас вопрос не об этом. Я спрашиваю вас, можем ли мы помочь его дочери?

— Надо кому-нибудь отправиться на Лаландину. Если там был подобный случай, то должно быть и лекарство.

— Придется мне отправиться, — сказал Луар. — Это всё же по моему профилю.

— Когда сможешь отправиться? — ухватился за идею Остап Соломонович.

— Да сегодня же и отправлюсь, а заодно решу и все остальные вопросы, которые у меня накопились.

— Поторопись, пожалуйста. Если вы не поможете, то больше уже некому. Артёменко убит горем. Я без слёз не могу смотреть на него.

— Мы попытаемся, но не обещаем. Вполне может такое случиться, что подобные вопросы на Лаландине не решались.

Олесь Семёнович открыл дверь своей квартиры, пропустил вперед дочь. Алиса сразу же пошла в свою комнату, а он направился на кухню, где возилась жена. Татьяна держала в руках стопку тарелок, которые собиралась поставить в навесной шкаф. Она глянула на мужа, глаза её расширились, тарелки полетели на пол, она обеими руками прикрыла рот, чтобы сдержать крик ужаса, так как едва узнала мужа в этом совершенно седом, сгорбившемся человеке. На шум прибежала мать. Олесь Семёнович повернулся к ней лицом. У матери тоже расширились глаза, и она прикрыла ладонью рот.

— Сынок, — прошептала мать. — Сыночек! — крикнула она, упала ему на грудь и разрыдалась.

— Что с вами случилось? Объясните мне!

— Олесь, родной мой, — наконец, вымолвила жена, — неужели так безнадежно?

— С чего вы взяли? И что всё это значит? Почему слезы?

— Олесь, — прошептала мать, — ты посмотри на себя в зеркало. Только большая беда могла тебя так изменить.

Олесь Семёнович вышел в прихожую, глянул в зеркало, потрогал волосы на голове, опустил низко голову и пошёл в свой кабинет.

Он не хотел говорить правды своим близким, но его внешний вид красноречивей любых слов им всё рассказал. Он лег на диван лицом к стене. Вошла жена со стаканом в руке.

— Олесь, выпей вот успокоительного.

— Спасибо! Меня Готлиб уже напоил. Я спокоен, — потом крикнул. — Я спокоен, черт побери! Оставьте меня в покое!

Татьяна поспешно вышла в коридор и выпила содержимое стакана. Все разошлись по разным комнатам. В квартире воцарилась гнетущая тишина. В ней поселилось большое горе.

В распоряжении Олеся Семёновича был четырёхместный плазмолет. Он сам сел на место пилота и начал облёт светил по предоставленному Готлибом списку. Татьяна, но Алиса неохотно садилась в плазмолет, если в нём не было Кости. Так втроём они облетели почти все страны и континенты, но все светила только разводили руками. Девушка здорова, психических отклонений не наблюдается. Совет почти везде был один:

— Ждите, время излечит.

 

 
К разделу добавить отзыв
Реклама:
Все права защищены, при использовании материалов сайта активная ссылка обязательна.