В папку избранное >>>

Рекомендуем:

Литературная сеть - поэзия, стихи, критика


Анонсы
  • Глава 22. Жизнь продолжается >>>
  • Глава 17. Есть два пути >>>
  • Глава 2. Ночной звонок >>>
  • Глава 5. Банальная история >>>
  • Глава 3. Брат с сестрой >>>





Все главы и отзывы


Случайный выбор
  • Глава 3. Пчёлка  >>>
  • Глава 21. Гости из таёжного...  >>>
  • Глава 13. Совершеннолетие  >>>

 
Анонсы:


Анонсы
  • Глава 20. Первые ласточки >>>
  • Глава 5. Встреча с инопланетянами >>>
  • Глава 6. Невесёлые думы >>>
  • Глава 3. Брат с сестрой >>>
  • Глава 1. Роковой поцелуй >>>






Глава 15. Когда потеряна надежда

 

Плазмолет долго скользил над водной гладью, не нарушая тишины. Река стала совсем узкой, пришлось снизить высоту полета до одного метра, так как кроны деревьев над ними смыкались и казалось, что они летят внутри длинного туннеля.

 

Вдруг туннель кончился, и они очутились на местности с низкорослой растительностью. Приглядевшись, Булат понял, что они летят над болотом. Дальше лететь было бессмысленно. Плазмолет набрал высоту.

— Что будем делать, дорогая? — спросил Булат.

— Который час?

— Половина пятого.

— Поехали домой Я что-то очень устала. Надо сходить в магазин, закупить продуктов и приготовить на завтра. Завтра опять полетим.

Они вернулись на пустую посадочную площадку. Знакомый уже инструктор встретил их молча. Вопросы задавать было излишне. Марица освободила сумку, оставив в плазмолете посуду и одеяло.

— Булатик, одеяло я оставила здесь, чтобы завтра не тащить его снова. Я забегу в магазин, сделаю необходимые покупки продуктов.

— Может, в магазин мы пойдем вместе?

— Ты иди в отделение, тебе ведь всё равно нужно туда, я же знаю. И посмотри там, нет ли крупномасштабной карты района.

— Есть, даже две. Но тебе зачем?

— Принеси одну. Мы на досуге посмотрим её. Может, она чего нам подскажет. Вслепую вести поиск бессмысленно.

Марица завозилась на кухне. Ужин был поздний. Уставший до предела Булат прилег в гостиной на диване и крепко уснул, даже без десерта и не раздевшись.

Десять дней, не теряя надежды, город жил в ожидании чуда. Но чудо не спешило проявить себя. На десятый день массовый поиск был прекращён. В радиусе двухсот километров весь лес был прочесан от кустика, до кустика. Но всё же остались энтузиасты, которые продолжали поиск. Среди них был весь личный состав городской милиции. Каждое утро с рассветом их увозили всё дальше на вездеходах. Все восемь плазмолётов по-прежнему бороздили воздушное пространство над тайгой. Поиск продолжали Олесь Семёнович Артёменко и Максим Сергеевич Мартынов. Они не могли смириться с потерей человека в тайге. Пока не найден труп, есть надежда, что он живой. А надежда умирает последней. И пока теплится этот лучик надежды, люди продолжают поиск. Поиск продолжали и Марица с Булатом.

Горе, если оно чужое, забывается быстро. Молодежь возобновила воскресные дискотеки, в клубе начали работать различные кружки. Но исчезновение Геннадия Ярцева наложило неизгладимую печать на некогда счастливый и безмятежный город. Люди стали неулыбчивыми, не стало слышно песен, смеха.

Прошло ещё пять дней. И остальные энтузиасты потеряли всякую надежду. Теперь к ангару на рассвете приходили только Марица и Булат. Инструктор доверил им ключи от ворот, и они беспрепятственно в любое время могли взять свою “Чайку”. Им осталось обследовать всего два притока основной реки. Но все трудности заключались в том, что основные притоки имели свои более мелкие притоки. Нельзя было оставлять без осмотра ни одного ручейка, как бы мал он ни был. Булат научился водить плазмолет на высоте полуметра, пробираясь сквозь густые заросли. Иногда он выходил из плазмолета и вел машину вручную по непроходимым участкам. Бывало, прорубал проход среди зарослей. Не всегда они могли найти место для привала, тогда обедали прямо в плазмолете. Им уже было не до десертов. Равнодушие и усталость светились в их глазах. Взаимная близость не доставляла им полного счастья, не было того жара, пылкости, самозабвения. Но они по инерции искали утешения в ласках и поцелуях и чувствовали, как между ними всё плотнее вырастает стена, которая очень медленно начинает отдалять их друг от друга. Уже несколько дней Булат не называл свою жену королевой или ягодкой, все реже загорались его глаза желанием.

Марица сникла, присмирела. Не рассыпались больше колокольчики счастливого смеха. Они молча летали над реками и речушками, изредка обмениваясь незначительными фразами.

Сегодня был шестнадцатый день с того незабываемого дня, как они стали мужем и женой. Еще не кончился их медовый месяц, но плотная тень беды окутала их, сковала их тела, лишила радости общения, счастья супружеской жизни, наслаждения близостью. Обедала Марица с неохотой, ее поташнивало, но на самочувствие она мужу не жаловалась, боялась, что он может из-за этого прервать поиск. После обеда (уже без десерта) они сразу отправились на обследование оставшихся притоков. Теперь они находились в двухсот двадцать километрах от города. В тишине они плавно скользили над узенькой лентой небольшой речки. Булат погрузился в свои невеселые думы. День был солнечным и жарким. В салоне плазмолета поддерживалась приятная прохлада, от солнечных лучей защищала полупрозрачная крыша, меняющая свой цвет в зависимости от яркости солнечных лучей.

На молодую женщину навалилась дрема. Марица упорно боролась со сном, но усталость все сильнее давала себя знать. Она прикрыла веки и незаметно уснула. Булат долго вел плазмолёт, пока приток не превратился в едва заметный ручеек.

—Вот скоро и конец нашего поиска. Завтра просмотрим ещё два притока и всё, — сказал Булат. Не получив никакого ответа, посмотрел на жену.

Марица, откинув голову на спинку кресла, крепко спала. У него сжалось сердце при виде спящей жены. Столько времени она мотается вместе с ним в этой машине! Он, крепкий и сильный мужчина, уже на исходе своих возможностей. Как же он допустил до этих мытарств свою королеву? А всё её упрямство. Волна нежности охватила его. Он хотел поцеловать жену, но передумал, выключил двигатель, поднял плазмолёт на двести метров и оставил его в этом положении. Стальная птица, послушная воле человека, замерла над тайгой. Он не стал будить жену, а решил немного сам отдохнуть, хотя бы на часок расслабиться.

Проснулся он оттого, что кто-то тряс его за плечо.

— Булатик! Булатик! Проснись! Уже совсем темно. Полетели домой. Почему ты заснул?

— Что случилось, Марица? Где мы?

— Это ты должен знать. Я нечаянно уснула. Проснулась, а ты тоже спишь. Мы высоко над землей, и уже совсем поздно. Мне срочно надо выйти.

— Потерпи немного, дорогая. Сейчас мы будем дома, — он торопливо вводил программу в компьютер. Через пару минут они благополучно приземлились у ангара. — Беги, там есть туалет. Я поставлю сам машину на место.

На семнадцатый день они проснулись позже обычного. Марица нехотя пошла на кухню. Продуктов было достаточно, только не было свежего хлеба.

— Булатик, сбегай за хлебом.

— Там что, совсем нет?

— Есть немного.

— Мне одному хватит?

— А я, по-твоему, должна голодной остаться?

— Ты сама сходишь в магазин, а мне этого хватит. Ты сегодня останешься дома. Ты переутомилась, тебе надо отдохнуть.

— Ты прекрати эти разговоры! Сколько у нас осталось непроверенных притоков?

— Вчерашний докончить, и ещё два непроверенных.

— Вот проверим их, и я тогда останусь дома. Обещаю тебе. А сейчас беги в магазин, купи пару батонов.

— Ох, Марица, не нравится мне всё это. Ты так похудела за это время, я боюсь за тебя.

— Давай без разговоров, время не терпит, мы и так проспали.

Булат нехотя повиновался, взял сумку и пошёл в магазин. Только за ним закрылась дверь, Марица кинулась в туалет, её стошнило. Кружилась голова, хотелось немедленно лечь в постель. Она превозмогла недуг и стала готовить завтрак и всё необходимое для очередного поиска. Её опять затошнило, она выпила воды и едва успела добежать до туалета.

“Что это ещё за напасть? — в недоумении подумала она. — Постой, постой! Когда у меня последний раз была менструация? — Она кинулась искать свою записную книжку, второпях полистала, улыбнулась. — Пока не надо Булатику говорить, а то силой оставит дома, когда узнает о беременности”.

У ангара их встретил инструктор.

— А я думал, что вы тоже прекратили поиск.

— Мы так вымотались за эти дни, что сегодня просто проспали, — оправдывался Булат.

— Неужели вы ещё не потеряли надежду? Никто больше его не ищет. Одни вы не потеряли веру в успех. Желаю вам удачи!

— Сегодня последний раз вылетаем. Если не найдем, то…, — Булат развел руками.

— Пусть вам повезет сегодня. Не устала, красавица? — Улыбнулся инструктор, глянув на Марицу.

— Есть немного, — честно призналась она. — Но сегодня последний день.

И снова они бороздят просторы над небольшими реками. Надежды, практически, уже не осталось. Не мог он так далеко уйти. Двести двадцать километров от города, это по прямой линии. А сколько на его пути было водных преград? Пусть реки и небольшие, но их необходимо преодолеть. Для очистки совести двое молодых людей упрямо пробирались через тайгу.

Просмотр вчерашнего притока ничего не дал. Здесь осталось ещё два. Булат плавно повернул плазмолет влево и повел его над неширокой речушкой. Лес там отступал далеко от воды, от чего берег довольно хорошо просматривался далеко вперед. Все эти пейзажи им настолько примелькались, что они перестали любоваться их красотами, но добросовестно смотрели вперед и по сторонам, стараясь уловить хоть малейший признак присутствия человека. Эта речушка на редкость изобиловала песчаными пляжами и отмелями.

— Вот бы где курорт построить, — мечтательно произнес Булат.

— Ты ещё не потерял способность фантазировать? — усмехнулась Марица. — Мне всё уже настолько безразлично, что я не могу на эти красоты смотреть. Меня тошнит от них. Остановись здесь, меня что-то укачало. Я боюсь, что могу вырвать.

— Тебе плохо, дорогая?

— Нет, Булатик. Меня немного укачало.

— Но ведь нет никакой качки, ты что выдумываешь.

— Останови скорее! — Она зажала рот рукой.

Булат немедленно выполнил требование жены. Марица открыла дверь, её вырвало прямо у плазмолёта. Она стояла бледная, едва держась на ногах.

— Девочка моя! Поехали домой. Ты что-то побледнела. Тебе прилечь надо.

— Всё, Булатик. Мне уже лучше. Поехали дальше. — Она села на свое место.

— Я настаиваю на возвращении. Это не спросто тебя стошнило.

— Не выдумывай ничего. Меня просто укачало. Трогай. Мы сегодня заканчиваем. Завтра я буду лежать весь день, обещаю.

— Вместе со мной? — В его глазах засветилось желание.

— Если ты будешь на что-то способен. Посмотри на себя, похудел, осунулся. Глаза ввалились.

— Если хорошо приласкаешь, может чего и получится, — посмеивался он.

— Булатик, смотри сюда. Вон у березы ветка лежит.

— Ну, и пусть лежит.

— Подожди, Булатик. Но ведь её кто-то сломал?

— Где ты увидела ветку?

— Давай ближе к правому берегу. Ещё одна. Смотри, сколько листьев рассыпано. Приземляйся. Он здесь. Булатик, мы нашли его. — Она разрыдалась.

— Успокойся, девочка моя! Ещё не все ясно. Мы не видим его.

— Он здесь где-то радом.

Булат осторожно посадил машину на песчаный берег. Марица кинулась к дверце, выскочила из плазмолета, побежала к сломанной ветке. На песке четко вырисовывались следы человека. Она побежала по этому следу. Вдруг Булат услышал крик, крик ужаса. К нему бежала Марица с расширенными глазами.

— Булатик, он мертвый. — Она медленно осела на песок, сознание покинуло её. Булат кинулся к жене, подхватил на руки.

— Девочка моя! — Он прижал жену к себе, стараясь согреть. Достал из внутреннего кармана сотовый телефон. Кому звонить? Он забыл все номера. Набрал номер городского отделения милиции.

— Оперативный дежурный? Майор Кецхавели. Я нахожусь в квадрате 39, — он назвал точные координаты. — Мы нашли Геннадия Ярцева. Я его ещё не видел, но жена сказала, что он мертв, и сразу потеряла сознание. Сообщи куда следует. Пусть кто-нибудь из медиков приедет на помощь. Хорошо, я жду.

Помощь не заставила себя долго ждать. Уже через пять минут над ними в небе завис один плазмолет, который вскоре приземлился метрах в ста. Первым из прибывшего плазмолета выскочил академик Готлиб. Он бежал по золотистому песку с небольшим чемоданчиком в руках. Следом за ним бежали пять человек, двое из них несли носилки. Готлиб опустился на колени возле сидящего на песке Булата с Марицей на руках.

— Где Ярцев? — Булат показал рукой влево. — Он там, — указал Готлиб подбежавшим помощникам. Все остальные побежали дальше, Готлиб стал вводить что-то в вену Марице, потом похлопал по щекам. Она открыла глаза, улыбнулась.

— Остап Соломонович, вы здесь?

— Как ты себя чувствуешь, малышка?

— А что со мной было?

— Ничего страшного. Ты просто потеряла сознание.

Она разрыдалась.

— Он умер. Я подошла к нему. Я думала, что он спит, потрогала, а он совсем холодный.

Из-за деревьев показались медики. Четверо несли носилки. На носилках лежал Геннадий.

— Он жив. Не плачь, красавица. Пульс очень слабый, но он жив.

— Булатик, он жив! — она обняла мужа и снова разрыдалась.

— Вот тебе и раз! Радоваться надо, а ты плачешь, — упрекнул Готлиб.

— Это я от радости, Остап Соломонович. Значит, мы спасли его. — Она смеялась, а слезы безудержно лились из глаз. — Булатик, какое счастье, мы спасли его! Теперь мы можем спокойно жить в Березовске.

— Булат Шамильевич, вам нужна медицинская помощь? Я могу оставить с вами врача. А я тороплюсь. Не знаем ещё, в каком состоянии находится спасенный вами парень.

— Спасибо, Остап Соломонович! Езжайте все. Мы с Марицей доберемся сами.

— Я бы посоветовал вашей жене пройти обследование. Истощение у неё сильное. То же самое я могу сказать и о вас.

— Не волнуйтесь, я возьму отпуск через пару дней. На Кавказе мы поправимся, как следует. Правда, моя ягодка? — Он нежно поцеловал жену.

— Как скажешь, Булатик. До отъезда нам надо выспаться, как следует. А потом будем решать, что делать дальше. — Она обняла его. Он поднялся вместе с ней и понес на руках к своей “Чайке”. Прибывший за Геннадием плазмолет взмыл в небо и исчез за горизонтом.

— Что будем делать, радость моя?

— Спать. Я больше ничего не хочу. Спать, спать и ещё раз спать.

— Может, останемся здесь? Разложим сиденья, как нам удобно. Одеяло у нас есть. Как ты на это смотришь?

— Заманчивая перспектива. Я согласна, но только в другой раз. Сейчас я хочу домой. У нас такая роскошная и удобная кровать! А усталый организм требует комфортного отдыха. Поехали, дорогой мой муженёк. Нас с тобой ждет великолепная постель.

Взявшись за руки, они шли по улицам города от ангара, где оставили свою “Чайку”. Навстречу идущие горожане приветствовали их с улыбками. Больше никто не бросал им вслед косых взглядов и упреков. При подходе к своему дому их кто-то окликнул.

— Булат Шамильевич! Булат Шамильевич! — Через дорогу к ним спешила тётя Паша. От горя она совсем похудела, но это её только украсило. — Спасибо, дорогой! Спасибо, касатик! Ты вернул нас к жизни.

— Это не я. Это Марица его нашла.

— Спасибо тебе, деточка! Дай Бог тебе большого счастья. — Она обняла Марицу и расцеловала. Марица разрыдалась в её объятьях. — Не надо, деточка, плакать. Он ведь живой. А это главное. Наши врачи поднимут моего правнука на ноги. Обязательно поднимут. У нас один Остап чего стоит.

 

 
К разделу добавить отзыв
Реклама:
Все права защищены, при использовании материалов сайта активная ссылка обязательна.