В папку избранное >>>

Рекомендуем:

Литературная сеть - поэзия, стихи, критика

Заказ Конструкция для баннера.

Анонсы
  • Глава 22. Жизнь продолжается >>>
  • Глава 17. Есть два пути >>>
  • Глава 2. Ночной звонок >>>
  • Глава 5. Банальная история >>>
  • Глава 3. Брат с сестрой >>>





Все главы и отзывы


Случайный выбор
  • Глава 17. Есть два пути  >>>
  • Глава 3. Представители...  >>>
  • Глава 4. И опять параллельный...  >>>

 
Анонсы:


Анонсы
  • Глава 20. Первые ласточки >>>
  • Глава 5. Встреча с инопланетянами >>>
  • Глава 6. Невесёлые думы >>>
  • Глава 3. Брат с сестрой >>>
  • Глава 1. Роковой поцелуй >>>






Глава 27. Неприятный сюрприз

Проводить гостей, улетающих в далекий таежный город, собралась вся многочисленная семья. Плазмолёт загрузили до отказа дарами лета. Корзины с персиками и яблоками, помидорами и огурцами стояли в грузовом отсеке. В салон поставили чемоданы. Костюмы Булата висели на вешалках по всему салону.

Прощания, объятия, напутственные речи…

На место пилота села Марица к великому удивлению всей родни. Булат улыбнулся, но не стал возражать. Дверца плазмолёта плавно села на место. Булат провел последние предстартовые приготовления, Марица стала нажимать одну за другой кнопки, включающие антигравитоны. Плазмолёт плавно поднялся в лазурное небо, развернулся в нужном направлении и скрылся за горизонтом.

— Я посажу плазмолет у ангара. Я боюсь опускаться у дома. — Призналась Марица.

— Ничего. Я бы тоже посадил у ангара. Кто его знает, как там обстоят дела. Груза не так много, принесём на руках.

— У меня дома есть антигравитонная прищепка, — вспомнила Марица. — Ее пристегнешь к сумке, и она сразу же становится невесомой. Мне папа подарил.

Плазмолет они оставили в ангаре и налегке пошли домой. Булат вставил ключ в замок, ключ не проворачивался. Он толкнул дверь, она оказалась не запертой. Из квартиры на него пахнуло таким зловонием, что он отшатнулся. Марица, увидев коридор, закричала. Весь ковер на полу был изгажен. В дерьмо были втоптаны форменные рубашки, китель, брюки и другие вещи, которые они оставили на вешалке перед отъездом.

Булат захлопнул дверь. В глазах были обида и ярость.

— Пойдем отсюда.

— Куда, Булатик? — Она плакала.

— К твоим родителям. Нам больше некуда.

Они пришли к Артёменко. Их приходу все обрадовались, но, увидев их лица, забеспокоились.

— Что случилось? — обеспокоено спросила Екатерина Дмитриевна.

— Кто-то изгадил нашу квартиру.

— Как изгадил?

— Кто-то использовал её вместо туалета. Там такая вонь, что войти невозможно.

— Эта Генка Ярцев, — сделала заключение Алиса.

— За что? Я же спас его, — голос Булата дрожал от обиды, в глазах стояли слёзы.

— Проходите! Что же вы в дверях стоите? — Пригласила их Татьяна Сергеевна. Радость встречи была омрачена. — Похорошели то как! Марица поправилась, ещё краше стала.

— Я оставлю у вас Марицу. Сначала я позвоню в милицию, — Булат подошел к телефону. — Алло! Оперативный дежурный? Кецхавели у телефона. Направьте следственную группу в мою квартиру. О том, что пропало, не знаю. Мы не заходили. Сами увидите. Криминалист нужен. Там открыто. Я приду туда через двадцать минут. — Он положил трубку, посмотрел на всех. — Марицу из дома не отпускайте ни на шаг. Я сейчас схожу в ангар и принесу корзины с фруктами и овощами, а потом займусь следствием.

— Мама, дайте ему прищепку, а то корзины очень тяжелые.

Татьяна Сергеевна достала из тумбочки две антигравитонные прищепки.

— Они простые в применении, только пристегни их к сумке или корзине и все, — пояснила Татьяна.

— Нам сегодня негде ночевать. Надеюсь, не откажете в ночлеге? — С виноватым взглядом Булат посмотрел на хозяйку.

— Булат, о чем ты говоришь? В кабинете Олеся можете располагаться.

— Спасибо! Я сейчас приду с фруктами. — Он вышел. Марица расплакалась. Мать обняла ее.

— Успокойся, доченька! Булат найдет негодяя.

— Почему вы сказали, что это Генка? Ведь мы с Булатиком спасли его.

— Это очень длинная история, доченька! — мать обняла её за плечи. — Пойдем, милая. Как у тебя дела? Все подтвердилось? — Она кивнула на живот дочери.

— Да, мама. Уже полтора месяца.

— Вот и прекрасно! А расстраиваться тебе не следует. Это противопоказано в твоем положении. — Они пошли в гостиную. Марица вытирала глаза тыльной стороной ладони.

— А где детки? — спросила она.

— Сейчас проснутся. Они так подросли. Алиса собралась уходить в свою квартиру, но мы пока не отпускаем их. Вместе всё же легче справляться с детьми. Рассказывай, как отдыхали?

— Все было просто замечательно. Вот только конец отпуска нам испортили. Почему вы думаете на Генку?

Мать стала подробно ей все рассказывать.

— Тётя Паша умерла? — Марица разрыдалась. — Такая добрая, такая хорошая. Почему Остап Соломонович её не спас?

— Она запретила это делать. Тётя Паша устала от одиночества. Геннадий был её последней надеждой. Но когда она услышала, как тот разговаривал с Готлибом, ей сделалось плохо. Она поняла, какой же Генка подлец. Последняя опора, что поддерживала Пелагею Дмитриевну в этой жизни, рухнула. Вот так доченька.

— Значит, Генка правнук Березовского. Значит, те снимки, которые я увидела у папы, были не Генкины. Иначе папа так бы не удивился. А ведь Генка такой умный. Перед ним открывались такие перспективы. Он умнейший парень! Каким же он оказался дураком. Так и сказал, что порешит его и меня? Мама, я боюсь, за Булатика.

Булат занес корзины с фруктами и овощами и тут же ушёл.

Пришли с работы Олесь Семёнович и Костя. Марица бросилась к отцу, обхватила его руками за шею и разрыдалась.

— Доченька моя! — Он прижал её к себе, глянул на жену. Та кивнула головой. — Может, не стоило говорить сразу?

— У них квартира изгажена. Они пришли к нам ночевать.

— Ах, подлец! Это его рук дело. Спасли дерьмо на свою голову. Тьфу! Я сам, как дурак, сидел у его постели, следил за температурой. Как же, спасал будущего гения! Ведь у него генетический код точно повторяет Березовского. Ладно, дочка, успокойся! Обними брата, он стоит на очереди.

Марица обняла Костю.

— А ты похорошела, сестрёнка! Вон, какая стала, ущипнуть есть за что. Видать, Булатик с тебя пылинки сдувал.

Она улыбнулась.

— Костенька, а там белочка была. Она в колесе крутилась, а я орешками кормила.

— Какая белочка? — Удивился Костя.

— Настоящая, живая! — Она оживилась. — И коттедж — настоящий дворец. Нам отвели четыре комнаты. Но мы пользовались всего одной, окна которой выходили на море. Какой там был шторм! Загляденье! Мы с Булатом наблюдали его со смотровой площадки. Так здорово!

— А украшения сделали? — поинтересовалась Алиса.

— Сделали. Но я их не видела. Нам принесли перед самым отлётом. Булат принесёт сюда. Наши вещи в плазмолёте остались.

Булат зашёл в свою квартиру. Картина, представшая перед ним, привела его в уныние. Ребята из милиции скатали загаженные ковры, чтобы было где ходить, так как все сплошь было в дерьме. Все окна распахнуты настежь, так как от вони можно было задохнуться.

— Такое впечатление, что здесь облегчилась рота солдат, — сказал капитан Величко, поздоровавшись с Булатом. — Но по всему видать, что их было всего трое. Если я ошибаюсь, пусть меня поправят. Мы сейчас снимаем отпечатки пальцев. Были они здесь многократно, выпивали. Вон сколько бутылок. — Булат обвел пространство квартиры взглядом, везде валялись осколки бутылок. — Работали не профессионалы, так как слишком грязно сработано. Много улик и следов. Найти их будет не трудно. Посмотрите, товарищ майор, что у вас пропало.

— Всё пропало, — уныло сказал Булат. — Ковры, мебель, вещи. Всё пропало, что нам дарили на свадьбе. Я уже не смогу этим пользоваться. Я не буду отмывать и отстирывать это. Сжечь всё, к чертовой матери! Всё, до последней простыни! Телевизор и вся бытовая техника разбиты. Даже стены изгадили, паразиты!

— Может, ценные вещи были? Деньги?

— Ценных вещей мы ещё не нажили. Те, что были, мы взяли с собой. Деньги вот лежали в спальне в тумбочке.

Величко прошёл в спальню, проверил тумбочки, присвистнул.

— Тут тоже дерьмо. Сколько денег было?

— Много. Точно не знаю. Приблизительно могу сказать. Здесь я работаю 10 месяцев. Оклад у меня сами знаете, какой. Тратил я мало. Обедал в столовой, ужинал у Артёменко. Свадьбу мне сделали родители. Один раз я крупно потратился, когда летал за цветами на Кавказ, чтобы поздравить с рождением сына и внука у Артёменко. Тогда я потратил не более двух месячных окладов. Со счета можно сбросить ещё пару окладов. Так что получается, что у меня там было не менее шести месячных окладов. На отпуск я потратил только отпускные. Опросите соседей и всех жильцов дома. Может, кто-нибудь что-то расскажет.

— Все ребята на ногах, — заверил его Величко. — Девять человек пошли по квартирам.

— Пусть завтра ребята помогут мне сжечь всё это. Здесь надо делать капитальный ремонт. Очищать стены и штукатурить заново. Проветривать необходимо круглосуточно.

— Где вы будете ночевать? Может, ко мне пойдете? — предложил капитан Величко.

— Спасибо, друг! — растрогано произнёс Булат. — Мы пока остановились у Артёменко. А завтра будет видно. Я пойду на приём к Мартынову. Скоро новый дом будут сдавать, может, другую квартиру даст. Я не смогу здесь спокойно жить. Мне противно будет. И надо как можно быстрее найти эту мразь. Ладно, вы тут заканчивайте с составлением протокола, а я пойду. Наши вещи, которые были с нами, ещё в плазмолёте. Надо принести их к Артёменко. Ведь даже переодеться не во что. Ни одного форменного костюма не сохранилось. Все испоганили гады. Придется на работу ходить в штатском.

— Я бы мог с вами поделиться, — улыбнулся Величко, — но боюсь, что моя форма будет вам по колено. Да из всего нашего персонала в этом отношении никто не сможет вам помочь. Рост да и стать у вас, что надо.

— Ничего. Перебьюсь как-нибудь, а там закажу новую форму. Завтра я выйду на работу.

— Но у вас ещё четыре дня отпуска, — напомнил Величко.

— Какой там отпуск? — вспылил Булат. — Тут такое преступление! И это в самом чистом от криминала городе. Всем работать без выходных и круглосуточно. Сколько ребят в отпуске?

— Трое. Двое оформляются.

— Отозвать всех из отпусков. Те, которых оформляют, пойдут позже, когда раскроем это преступление. Пригласить Бразаускаса, пусть поможет нам. Ладно, я пошёл. А то жена, наверно, волнуется.

По случаю возвращения Булата и Марицы из отпуска стол для ужина в квартире Артёменко накрывали в гостиной. Марица играла с малышами, рассыпая колокольчики своего смеха. У всех с лиц не сходила улыбка. Олесь Семёнович и Костя сидели в креслах, любуясь Марицей и своими детьми. Пришёл Булат.

— Где Марица? — спросил он у Екатерины Дмитриевны, открывшей ему дверь.

— В гостиной. Разве не слышишь её смех? С детьми играет.

Вышли Олесь Семёнович и Костя. Они хотели поздороваться с Булатом.

— Ко мне не подходите! — предупредил Булат. — От меня дурно пахнет. Я сейчас вымоюсь под душем, переоденусь, потом поздороваюсь. Дайте мне какой-нибудь спортивный костюм. У меня ничего нет. Все изгажено. А вещи в плазмолёте.

— Сейчас я дам свой, — поспешил в свою комнату Костя.

Вышла Марица.

— Сейчас, моя перепёлочка, я приму душ.

— Вот, возьми, — Костя протянул Булату спортивный костюм.

— Ты сам повесь его в ванной, а то у меня руки грязные.

После душа, с влажными волосами Булат зашел в гостиную, где уже был накрыт стол.

— Вот теперь здравствуйте! — С улыбкой протянул он руку Артёменко потом Косте.

Олесь Семёнович открыл бар и достал бутылку коньяка.

— Надо за встречу. И давайте сегодня не будем говорить о плохом. Расскажите нам об отпуске. Как вы отдыхали? Какие новые впечатления у вас?

— Я стал перепелом, а Марица перепёлкой, — объявил, смеясь, Булат.

— Это ещё что за пернатое семейство? Ничего себе птички! — Все весело смеялись. — Рассказывайте.

— Пусть Марица рассказывает. У неё это лучше получается.

— Сначала давайте выпьем за возвращение птичек с жаркого юга. — Олесь Семёнович поднял рюмку.

— В изгаженное гнездо. — Криво улыбнулся Булат.

— Мы же договорились, сегодня о плохом не говорить. Хотя бы во время ужина. Давайте спокойно поедим, а потом будет видно.

— Прости, академик. Но у меня все кипит от возмущения.

— Я тебя понимаю. Ты думаешь, что я спокоен? Первое преступление за сорок лет в нашем городке. Скоты да и только. Ладно, давайте ещё раз договоримся забыть обо всём на сегодняшний вечер. — Они выпили, стали закусывать. — Давай, Марица, рассказывай!

— Мы были на озере Рица. Вместе с нами поехали ещё три друга Булата со своими женами и детьми. Там такая красота! Дух захватывает! Этот уголок называют жемчужиной Кавказа. Он действительно, как жемчужина. Рассказывать подробно будет слишком долго. Я остановлюсь на сути, почему мы стали пернатыми. Вечером всей компанией мы поехали на глиссере в духан, который был на противоположном берегу озера. Там нам накрыли богатый стол. Сначала было всё хорошо. Разговор был общим. Друзья Булата очень общительные и интересные люди. Потом мужчины крепко поддали и стали плохо себя вести.

— Господи! Булат! На тебя это не похоже! Неужели они хулиганили? Марица, что ты такое говоришь? — удивился отец.

— Ой, папа, что вы! Неужели вы так плохо могли подумать о Булате?

— Но ты же сама говоришь, что они стали плохо себя вести.

— Совсем не то, что вы подумали. Они все сидели за столом и рассказывали неприличные анекдоты, а женщины со стыда не могли поднять глаз. Только сидели молча и краснели.

— Моя перепёлочка, мы же не знали, что ты понимаешь нас. Ты ведь ни слова не сказала до того момента по-грузински.

— А остальные женщины всё понимали, и вы их нисколько не стеснялись. Нехорошо так. Мне было обидно за тех женщин. Они такие забитые и бесправные. Боятся слово сказать своим мужьям. Одним словом, патриархат в самом плохом его проявлении. А грузинский язык я начала изучать, как только поняла, что люблю Булата. Я хотела его удивить однажды, но всё не было подходящего случая.

Булат неожиданно заразительно расхохотался.

— Лучшего момента ты не нашла. Там все в шоке были от твоего выступления.

Марица улыбнулась, глядя на мужа. Когда он кончил хохотать, она продолжала.

— Я сидела, слушала и всё ждала, когда же женщины им сделают замечание. Те мужчины ещё ничего, анекдоты их были терпимы. А тут Булат им такой анекдот загнул, что я не выдержала. Я отчитала их как следует по-грузински, и увела женщин и детей на террасу. Там была такая красота! Безлунная ночь и звезды. Мы заказали мороженое, а мужчины заказали себе ещё выпивки и вовсю надрывались от хохота от своих анекдотов. Я не знаю, сколько было времени, но приехал глиссер, и все стали выходить, так как это был последний рейс. А из этого духана можно было уехать только на глиссере, так как никаким другим транспортом туда не проехать из-за отсутствия дорог. Булатик еле на ногах держался и при всех стал меня обнимать и даже поцеловал. Я ему сказала, что он болен птичьей болезнью. Он не понял, пришлось ему объяснять, — она замолчала и стала есть.

— Доченька, объясни мне, что это за болезнь? — попросил Олесь Семёнович. — Я в медицине не силен.

— Папа, знаете, есть такая птичка — перепел. Так он в тот момент был перепелом, то есть перепил. Всего одна буква изменяется. — За столом все рассмеялись. — Я ему так и сказала, что он заболел птичьей болезнью, что он в тот момент был перепел, то есть перепил. Там все очень смеялись. Тогда Булатик сказал, если он перепел, то я перепёлочка. Теперь он так меня и зовет.

— Понятно, что за птицы прилетели с юга. Значит, вы были на озере Рица? Действительно, жемчужина! Я там был один раз в студенческие годы. До сих пор в душе остались приятные воспоминания. Надо бы съездить туда всей семьей. Вот детки подрастут, и мы поедем. А где вы ещё были?

— Всё основное время мы проводили в коттедже и на пляже, который был рядом с забором. А так мы были несколько раз в Батуми, посмотрели Ботанический сад. Ходили в дельфинарий. На яхте плавали на Зеленый мыс. Мама Булата очень заботилась обо мне. Я там столько ела ягод и фруктов, что за всю жизнь столько не съела.

— Да уж, за свою жизнь ты их немного съела.

— А у вас как тут дела? — спросил Булат

— У нас ничего хорошего. Одни неприятности. Но мы договорились, не говорить о плохом.

— Булат, а как там наши заказы? — сменила тему разговора Алиса.

— О! Я совсем забыл. Костя, давай после ужина сходим в ангар. Надо принести наши вещи. Там всё есть. Заказы я выполнил. Не знаю, понравится ли?

 

 
К разделу добавить отзыв
Реклама:
Все права защищены, при использовании материалов сайта активная ссылка обязательна.